Сделай или умри

22 октября 2020
Катерина Токмакова

По данным Минздрава, в России живёт около 4 миллионов людей с обсессивно-компульсивным расстройством (ОКР). Это условная цифра, реальная совсем другая, потому что множество людей никогда не посещали психотерапевта и даже не догадываются о том, что больны. ОКР может иметь хронический, прогрессирующий или эпизодический характер. При таком расстройстве у больного непроизвольно появляются навязчивые мысли (обсессии). «Рост.медиа» поговорил с людьми, которые живут с этим расстройством, об их методах лечения, о борьбе с ОКР и самых необычных обсессиях.

Анна, 27 лет, администратор

«Я росла в неблагополучной семье. Родители постоянно говорили, что друг друга не любят, что живут вместе только из-за меня. Я страдала: мне казалось, я виновата, что у родителей такая несчастная судьба, раз из-за меня они вынуждены жить вместе и страдать. Их любовь мне доставалась порционно, я всё время чувствовала, что должна её заслуживать хорошим поведением. Старалась быть идеальной девочкой.

Первые явные проявления ОКР начались лет в шесть. Тогда я услышала повелительные мысли в своей голове. Как будто кто-то указывал мне, что нужно делать. Но это были не прямо голоса, как у шизофреников, а как будто чьи-то навязанные мне мысли. Все они касались родителей и были связаны с выполнением каких-то действий в определённом количестве. Количество тоже навязывалось извне. Примеры таких мыслей: если я сейчас не потрогаю эту стенку пять раз, моя мама умрёт. Если я не вернусь на кухню и не потрогаю выключатель десять раз, папа попадёт в аварию. И в голове возникали очень красочные картины: вот мама лежит в гробу, вот её опускают в землю...

Если действие нужно было выполнить пять раз — ничего страшного. А если 30-40-50 — вот тогда становилось тяжело. Самое дурацкое, когда такая мысль возникала в общественном месте — нужно потрогать надпись на станции метро 15 раз. И как это выполнить, чтобы все вокруг не сочли меня сумасшедшей? Подходишь и незаметно трогаешь. Если ты этого не сделаешь, мысль не отвяжется.

Однажды я рассказала об этом родителям, и они отвели меня к детскому психологу. Психолог явно не знал, что такое ОКР, просто странно на меня посмотрел. Больше меня никогда к врачам не водили. С каждым годом ситуация только ухудшалась. Я не могла никому рассказать о своих проблемах и переживаниях, всё это воспринималось с раздражением. Тогда я полностью ушла в себя.

Иногда ОКР как бы уходило в ремиссию, но общее состояние здоровья портилось с каждым годом. Начала подключаться психосоматика: комок в горле, сухость, слабость в теле. Состояние психики тоже ухудшалось: постоянная раздражительность, тревога, злость, беспокойство, я превратилась в ходячий комок нервов и дискомфорта. Мне было всё труднее ходить в школу (это уже были старшие классы), затем в институт, на работу.

Всё достигло наивысшей точки, когда я не смогла поехать на работу: посреди улицы меня охватила паника — будто парализовало. Пришлось возвращаться домой и отпрашиваться с работы. Тогда я поняла, что состояние критическое, и пошла к терапевту. Я сдала анализы, всё было в норме. Врач сказал, что моя проблема психическая, и дал направление в психиатрическую больницу. Меня приняли сразу, поставили диагнозы: невроз и обсессивно-компульсивное расстройство.

Я начала пить антидепрессанты, нейролептики и транквилизаторы, но через год снова наступило ухудшение. Я снова легла в ту же больницу. С тех пор прошло два года, я до сих пор на таблетках. К диагнозу добавили тревожно-депрессивное расстройство. Сейчас я продолжаю лечение и стараюсь не полагаться на одни лишь таблетки, со временем их эффект ослабевает.

Иллюстрация: Катерина Токмакова

Как-то я пришла в гости к отцу — у него в квартире было очень грязно. Из-за этого моё состояние сильно ухудшилось. Все предметы разделились для меня на относительно чистые и грязные. Грязный предмет — это какая-то вещь, которую дал мне отец или что-то из одежды, в которой я виделась с ним. Если я потрогаю «грязный» предмет, то мне нужно перемыть всё вокруг, намыть себя, а порой вообще выкинуть или утилизировать этот предмет. Порой это просто сводит с ума. Это бесконечный процесс, такое чувство, что я всё время только и занимаюсь тем, что оцениваю степень загрязнённости окружающих предметов и занимаюсь их обработкой.

Несколько месяцев назад мне пришлось проявить жёсткость и прекратить общение с родителями: их постоянная оценка меня и моих действий ухудшает моё состояние. Например, я выкладываю какое-то фото в интернет, а мать мне пишет, что оно плохое, надо его удалить. Хотя фотка классная. И тогда я начинаю сомневаться сама в себе, в своём вкусе, разглядываю часами эту фотку и удаляю её. И так во всём.

Я полностью отделилась от родителей, с каждым днём мне становится всё лучше. Чувствую, как успокаиваюсь. Начинает открываться мой творческий потенциал, я становлюсь смелее и увереннее в себе. Мне кажется, это единственный выход для невротика — прекратить общение с токсичными родителями, потому что оно мешает жить, расти и развиваться».

Константин, 18 лет, играет в американский футбол

«Расстройство появилось у меня где-то в 12 лет. Над причиной много думал, но никаких детских травм, никаких болезненных воспоминаний нет, даже странно, что нет такого сильного триггера Для меня мои действия были чем-то вроде игры. Потом все обсессии возникали на автомате, я совершенно о них не задумывался. Позже узнал, что это ОКР.

Если я иду рядом с машиной, то на одну колёсную ось должно приходиться два шага, чтобы, не знаю, уравновесить, наверное. Если же еду в машине, то, когда колеса машины, в которой я еду, находятся в одной плоскости с колёсами другой машины, я должен пошевелить челюстью. Это одни из самых ярких примеров. Ещё если я прикоснулся к чему-то одним пальцем, мне обязательно надо потрогать предмет всеми пальцами — таких мыслей у меня много, но нужно понимать, что они не постоянны, просто иногда проявляются.

Иллюстрация: Катерина Токмакова

Те, кто знает о моем недуге, относятся совершенно нормально. В команде часто шутки бывают: если вокруг меня начнут безостановочно ездить машины, то я сойду с ума.

Избавляться от ритуалов — это как бросать курить самовоспроизводимые сигареты Если бросаешь обычные, то, чтобы покурить, надо найти сами сигареты, зажигалку, выйти в общественное место и так далее. А вот с ОКР ты идёшь и на подсознательном уровне стараешься не наступать на швы между плитками, например. Потом это замечаешь и перестаёшь делать. А хочется…

Если говорить о лечении, то в стационарах не лежал, таблетки не пью, не могу никак собраться и съездить к психотерапевту, чтобы назначили лечение. Но у меня лёгкая форма, это не то положение, при котором нужно срочное лечение».

Виктория, 20 лет, недавно окончила колледж

«ОКР — это сопутствующая моему основному расстройству болезнь. Я страдаю от депрессии и тревоги, это порождает ОКР, из-за которого возникает желание делать компульсивные действия, появляющиеся из-за обсессий. Мне часто кажется, что чего-то не произойдёт или я избегу чего-то плохого, если выполню действия с тем или иным предметом.

Порой не хочется ничем заниматься или я откладываю дело, потому что понимаю: сейчас буду часто что-то повторять. Боюсь, что меня замучает обсессия.

Расстройство появилось у меня в шестом классе. В сознательном возрасте поняла, что у меня такая болезнь, захотела выяснить причины её появления. Всё началось с анализа детства, именно тогда появилось ОКР. Причина появления — однажды я испугалась домашнего обучения, которое должно было быть. Испугалась, что буду одна и ко мне никто не придёт. К сожалению, в итоге так и случилось.

Иллюстрация: Катерина Токмакова

Перед тем, как появилось расстройство, у меня была сильная обсессия, и она не пропадала в течение недели, я только об этом и думала. Не знала, как избавиться от мыслей, меня прямо распирало. Потом обсессия сменилась на другую, и у меня появилось много других мыслей. Сначала я начинала просто глотать по два раза, когда видела предмет, который не двигался. Потом при просмотре фильмов я должна была смотреть только на левый глаз актёров.

Перед сном включить и выключить несколько раз свет — для меня это классика жизни. Например, я собираюсь выключить свет, но выключаю его с мыслью о том, что сделала это как-то не так. Если не повторить действие столько раз, сколько захочет мозг, — меня начинает тошнить. Чтение, открывание/закрытие ссылок, написание одного и того же сообщения несколько раз, прочтение одной и той же страницы заново — это вообще частое для меня явление. Я постоянно думаю: «А если я как-то не так это прочитала? Вдруг я прочитала это с неправильным взглядом, не думая о нормальных вещах...» Приходится перечитывать, пока не перечитаешь это всё с нормальными мыслями, чтобы чувствовать себя спокойно.

У меня есть страх, что люди не так отреагируют, если увидят мои странные действия. В одиночестве у меня сильно проявляется ОКР, а среди людей могу что-то сделать только если никто на меня не смотрит.

Около семи раз я лежала в дневном стационаре, пытаясь вылечиться. Из-за того, что у меня ОКР берётся из-за тревоги, страха и депрессии, приходится лечить всё антидепрессантами и нейролептиками, но часто медикаментозная терапия меня не спасает. Также я занимаюсь иногда с психотерапевтами, это порой хорошо помогает.

Я хочу сказать, что если у вас проблемы, даже если они в психологическом плане, никогда не бойтесь обращаться за помощью как к близким, так и к врачам, любая психическая болезнь — это тоже заболевание, как ангина или аллергия».

Дмитрий, 36 лет, находится на пенсии

«Это расстройство появилось у меня в детстве. Я всегда был мнительным и впечатлительным, всего пугался — даже стуков сердца. Порой бывало страшно, думал: «Могу ли я дышать?»

О своём заболевании я узнал, когда начались сплошные ПА (панические атаки. — Прим. «Рост.медиа») и странный страх, что не закрыл дверь туалета или квартиры. Новость, что это именно ОКР, встретил безэмоционально — я тогда даже не имел представления, что это, совершенно не понимал, насколько оно может быть страшным и серьёзным заболеванием.

Родные всегда считали, что я вечно себе всё выдумываю и накручиваю, что это не более чем детские страхи, которые с возрастом должны будут обязательно сойти на нет. Когда я стал старше, мне начали говорить: «Да это всё ерунда, нужно быть мужиком, надо просто взять себя в руки, тогда полегчает». Собственно, говорили то, что обычно говорят всем, кто болеет таким заболеванием, раздавая такие «нужные» и «эффективные» советы (Смеётся).

Иллюстрация: Катерина Токмакова

Жизнь с ОКР, если человек ничего о нём не знает, реально кажется обычной жизнью со смешными страхами — позвонить другу два раза или поехать на дачу в «правильное» число, иначе вдруг что-то случится.

Моими самыми мощными обсессиями были два ритуала. Первый — вернуться в чужую квартиру, зайти в неё и постоять там хотя бы несколько секунд. А второй ритуал заключался в том, чтобы вернуться в дом к отчиму и сломать ему полку, которую я четыре года назад помогал ему прибить.

Как-то меня избили, и травма на время выбила память о всех прошлых проблемах. Обсессии вдруг забылись: дела пошли в гору, я стал заниматься творчеством, образованием. Но после семи лет спокойной жизни ко мне в голову вдруг снова стали вторгаться мысли, которые я сразу же узнал: сломать полку и вернуться в чужую квартиру.

Я сделал эти ритуалы, но было уже поздно и бесполезно — из-за несвоевременного выполнения ОКР перешло в тело и вызвало соматоформное расстройство (группа психических (невротических) заболеваний, проявляющихся в виде напоминающих соматическое заболевание симптомов. — Прим. «Рост.медиа»). Которое, в свою очередь, породило сенестопатию — постоянную распирающую боль в левой части головы при шаге левой ногой. Сейчас я хожу на костылях и жду дорогого лечения в Германии».

Сергей Лопатин, психотерапевт, практикует в Новосибирской школе психологии

«Говорят, что ОКР — причина развития неврозов. Могу сказать, что ОКР — это и есть невроз, и он действительно может вызвать тревогу, депрессию или другие невротические расстройства.

Важно отличать мнительного человека и человека с ОКР. Мнительный человек совершает общепринятые ритуальные действия, например, плюнуть три раза через левое плечо и постучать по дереву. Тогда как пациенты с ОКР совершают ритуальные действия, известные только им самим. Если мы видим человека, несколько раз включающего и выключающего свет, мы можем подумать, что он электрик, и это не вызовет никаких вопросов. Если же человек совершает эти действия и при этом не имеет никакого отношения к работе электрика, то такого человека можно оценить как обсессивно-компульсивного пациента.

ОКР лечится при помощи препаратов-антидепрессантов. Хорошо при лечении помогает психотерапия, которая позволяет улучшить общий фон настроения, по-новому взглянуть на проблему, снизить общий уровень тревоги, обучить пациента и даже снизить определённую дозу антидепрессанта. Всё зависит от формы заболевания: чем сложнее форма — тем сложнее вылечиться.

Самое главное — нужно помнить: если у вас есть подозрения — незамедлительно обратитесь к психиатру, вылечить ОКР самостоятельно невозможно! Навязчивые мысли и идеи не поддаются волевому контролю».

Понравился материал?
Подпишись на рассылку «Роста»

Читайте также

«И у хороших девочек и мальчиков может быть ВИЧ»

Психолог центар СПИД Екатерина Буянова о предрассудках, терапии и «потерявшихся» людях

«Сами виноваты»

Истории молодых людей, которые столкнулись с харассментом

Новые буквы — новая жизнь

Молодые люди, которые сменили свои инициалы, о тонкостях жизни с новыми буквами в паспорте и причинах такого «перехода»

Имя любимое моё

Молодые люди с необычными именами рассказали о реакции окружающих и желании поменять имя на что-то более привычное

Нас касается

Люди, которые живут с ВИЧ, и сотрудники СПИД-центров о том, почему многие люди отрицают инфекцию, может ли вирус привести к смерти и как бороться с болезнью, чтобы жить полноценной жизнью

Путешествия автостопом туда и обратно

Как составить маршрут и почему не стоит «ловить» машину на спусках?

Как избежать неловких пауз в общении

О чем можно поговорить с девушкой или парнем, если говорить не о чем?

Не стать марионеткой: как не поддаваться на манипуляции

Новосибирский психолог Анна Портнова рассказывает, как распознать манипуляцию

Страх одиночества: причины и способы избавления от фобии

Нашли грань между естественным нежеланием стать изгоем и болезнью, которая подчиняет себе все сферы жизни

Боятся не страшно

Молодые люди рассказали нам о том, чего они боятся и как работают со своим страхом

Игрушка из прошлого

Поговорили с молодыми людьми о вещах из детства, по которым они до сих пор скучают

Состояние «нестояния»

Молодые люди, которые столкнулись с выгоранием, поделились с нами своими историями, а специалисты посоветовали, что нужно делать в такие моменты

Зависим от всех: как сформировать своё мнение

Собрали советы, которые помогут избавиться от чужого мнения

В плену у дома

Студенты рассказали, как проходят их дни в изоляции

Грань комфорта: как научиться выстраивать личные границы?

Психолог Татьяна Обухова поможет научиться выстраивать свои личные границы

Пережить травлю

Молодые люди, которые столкнулись с буллингом в школе, рассказали о том, из-за чего общество повернулось к ним спиной и как они с этим справлялись

Родиться в високосный

Молодые люди, которые появились на свет 29 февраля, о том, как они отмечают Дни рождения и что думают о суевериях

В поисках справедливости

Молодые люди рассказали о том, как часто они сталкиваются с социальной несправедливостью и что нужно сделать, чтобы её было меньше

А был ли Дед Мороз

Молодые люди поделились, когда они поняли, что Деда Мороза не существует

Сделка с дьяволом

Молодые люди рассказали, как однажды клюнули на удочку мошенников

Смысл других жизней

Косплееры о том, почему они выбрали такое хобби, где делают свои костюмы и как на их увлечение реагируют другие люди

Зависать и не зависеть

Психолог Пётром Павленко о том, как понять, есть ли у вас зависимость от соцсетей. И если она реально есть, то как с ней бороться

Мейнстрим на психологию: вокруг все страдают

Молодые люди рассказали, почему обращаются к психологу и можно ли решить все проблемы самому

Набрался матов

Как часто молодые люди матерятся и стараются ли избавиться от обсценной лексики

Всемогущий Дед Мороз, что ты в этот раз принёс?

Что мы просили у всемогущего волшебника на Новый год и что в итоге оказывалось под ёлочкой

Из огня да в полымя

Как проходят тренировки в секции пожарно-прикладного спорта

Нам должно государство

Екатеринбургская чиновница Ольга Глацких считает, что государство ничего не должно молодым людям. Узнали, согласны ли с этим утверждением школьники и студенты

Сначала в «Доку-2» играть, а потом — убивать

Молодые люди о том, «зомбируют» ли их компьютерные игры и почему у «стрелка» Рослякова появился фан-клуб

Чашка терпения

Аня Ермошина устроилась официанткой в местный ресторан. О том, кто ест подогретый гаспачо, почему креветок должно быть пять и от чего зависит размер чаевых, Аня рассказала нам

Примите нас

Молодые люди, которых по каким-либо причинам притесняли родители, учителя и одноклассники, рассказали, как им живётся в статусе «не такой, как все»

Над пропастью во лжи

Молодые люди рассказали, как часто они скрывают что-либо от своих родителей

Чистосердечное признание

Выпускники новосибирских школ о том, что их больше всего не устраивает в системе образования и за что они готовы поставить лайк своей школе

Звёзды подиума

Узнали у молодых моделей, с какими препятствиями они сталкиваются и почему Новосибирск — гиблое место для моделинга

Не учитель, а нянька

Школьники, их родители и педагогический коллектив рассуждают, за что должен нести ответственность учитель

Босоногий Макс

Путешественник Максим Маслов о том, как внутренние кризисы могут изменить жизнь и что несёт в себе босоногость

Уйти нельзя остаться

Молодые люди рассказали, почему они уходили из дома

Жизнь в движухе

Фотограф Сергей Мордвинов о Монстарции, новосибирской архитектуре и фотографии

Игра в переодевалки

Дизайнер костюмов Нелли Карпушина о новогодних нарядах

Выражение по-македонски

Журналис Нусрет Исейни создал онлайн-газету для молодёжи Македонии Portali Shprehja. Мы узнали у Нусрета, можно ли журналистику в Македонии назвать свободной

За гранью родины

«Рост» поговорил с молодыми людьми о том, почему они в своё время приехали в чужую страну и остались там жить

История одного лета

Наш автор Роман Вотинцев всё лето провёл в детском лагере. Все подробности — в тексте

Зона свободы

За что молодые люди попадают в места лишения свободы, как справляются с обстоятельствами и какие планы строят на дальнейшую жизнь

Съедаемые страхом

Как редакция «Роста» прошла «Гонку героев»