Проблема «другой» книжки

архив Анны Яковлевой

Первый фестиваль новой детской литературы «Другие книги» пройдёт 23 апреля в кинотеатре «Победа». Организаторы — сотрудники книжного магазина «Перемен» — привезут в Новосибирск современных детских писателей и экспертов в области подростковой литературы: переводчика Ольгу Дробот, главного редактора издательства «Пешком в историю» Александру Литвину, книжного видеоблогера Валерию Мартьянову. Корреспондент «Роста» поговорил с Анной Яковлевой — организатором «Других книг» — о том, для чего такие фестивали необходимы детям и почему родители боятся покупать своему чаду современную литературу.

Почему фестиваль именно детской книги?

— Мы (книжный магазин «Перемен» — Прим. «Роста») тут работаем уже три года, а люди не знают о том, что происходит у нас на книжном рынке. Даже в Москве и в Питере родители в магазины приходят и просят Чуковского или Носова. Люди не знают, что есть другие книжки для детей.

— А почему они не знают?

— Посмотрите у Чуковского тиражи. Не современных изданий, а советских. Ради интереса. Всё поймёте. Книги Агнии Барто во времена СССР так вообще выходили тиражом в полтора миллиона. Ощущаете масштаб? У нас сейчас так Акунин и Сорокин даже не издаются. Да сейчас никто так не издается: 3000  — это, по сегодняшним меркам, очень хороший тираж. Если книга потом ещё и допечатывается, то становится бестселлером. Сейчас стало больше выбора, но меньше тиражей.

Фото: архив Анны Яковлевой
— У вас программа фестиваля на два дня будет разделена?

— Да, профессиональная и основная программы: 23 апреля проведём мастер-классы и воркшопы для детей и родителей. Будет отдельный лекторий про новые книжки: не только про подростковую литературу мы поговорим, но и про книжки для самых маленьких. Лекция будет называться: «Книги, которых не было у нас в детстве».

Может, конечно, у меня узкий взгляд, но сегодня у нас большинство родителей малышам покупают либо какой-нибудь китайский трэш в магазине «Всё по 39»…

О, вы же, наверное, видели иллюстрацию к детской книжке, которую на этой неделе все социальные сети обсмеяли? Нет? Там всем нам знакомая скороговорка про то, как Карл у Клары украл кораллы, а Клара у Карла — кларнет. Так вот, на рисунке у Карла-то в руке кораллы, а у Клары вместо кларнета — лорнет…

Так вот, либо книжки из магазина «Всё по 39», либо книги за полторы тысячи. Такие красочные энциклопедии с маркировкой от года до шести. Промежуточного я не вижу по уровню качества. Вот про это мы тоже поговорим 23 апреля, а 22 будут мастер-классы и лекции для людей, которые работают с  чужими детьми — это учителя, воспитатели и библиотекари.

Новосибирск — его же можно назвать книжным городом, а фестивали начали только в прошлом году проводить. Сначала «Новая книга», теперь вы подключились. Я имею в виду сейчас фестивали, которые действительно для обычных людей, не «Белое пятно» или «Сибирская книга».

— Возить тяжело! Есть в Туле фестиваль детских книг, который проводит магазин «Корней Иванович». Программа по детским писателям у них… я сидела и слюнями заливалась: там и Нина Дашевская, и Артур Гиворгизов.  Но от Москвы до Тулы два часа на электричке. От Москвы до Новосибирска четыре часа, но на самолёте. Многие московские эксперты в Тулу, наверное, даже за свой счет приезжают: 120 рублей электричка стоит. Им проще физически людей привезти. К тому же у них там большая поддержка местного министерства культуры. А у нас вопрос упирается именно в то, как и на что привезти людей.

— Вы где эту поддержку нашли?

— Пока нигде.

— Вы за свой счет экспертов привозите?

— Нам помогает посольства Норвегии и Швеции в России. В прошлом году они были на КРЯККе и потом приехали к нам. Сказали: хотим завоёвывать регионы. Они, кстати,  нам привозят Ольгу Дробот.

Фото: архив Анны Яковлевой

Анна Яковлева в магазине «Перемен»

— Название фестиваля дублирует ваш подростковый клуб чтения «Другие книги». Они как-то связаны между собой?

Мы, когда начали думать над названием фестиваля, перебирали много вариантов. В один момент поняли, что далеко ходить нам не надо. У нас же есть клуб с самым подходящим названием — «Другие книги».

— Как вообще этот клуб появился?

— Стихийно. Около года назад. К нам приходили ребята и говорили, что им не с кем поговорить про книжки, потому что кругозор их сверстников ограничивается только «Голодными играми». Мы решили собираться и общаться.

Сейчас на встречах даже не про какую-то определенную книгу говорим. Дети приходят просто общаться с людьми, которые читают.

Наверное, «другие» книжки детям нравятся, потому что про них не написано в учебнике. Нет плана, по которому надо думать.

— За это и ругают учителей литературы.

— Учителя литературы — святые люди, которые стараются через этот шаблон пробиться. Программа-то с 1917 года в школе не менялась, а с ней надо работать. Хочешь — не хочешь, ты обязан детям это дать, потому что на ЕГЭ они должны поставить правильные галочки напротив Чернышевского.

К нам в магазин много приходит учителей литературы. Некоторые покупают книги у нас не себе, а в школьную библиотеку. На свои, конечно же, деньги.

У меня подруга работает учителем литературы. Говорит, что в шестом классе дети читают произведения Тургенева и не понимают половину слов. Им приходится объяснять, что такое крепостное право, потому что на уроках истории у школьников по плану Древний Рим. До крепостного права им ещё года два идти надо. При этом литература – это тоже хронологический предмет, но он построен по другому принципу

— У меня сейчас матрица — перезагрузка. Никогда об этом не задумывалась. Кстати, да, Некрасов, к примеру, для меня вообще был мучением и адом. Сейчас мой брат в пятом классе, они по литературе как раз «Муму» Тургенева проходили и моего Некрасова «любимого». Ребёнок реально там половину слов не понимал. Крепостных людей он называл крестьянами, потому что не видел разницы.

— Литература в школе, как и история, сейчас построена на том, чтобы объяснить ребёнку, что происходило в мире раньше. Только нас же на уроке истории не заставляют читать различные манифесты и указы царей. Нам эти документы просто пересказывают, а в литературе такого, увы, нет: приходится это всё читать.

Вы знаете, что в Норвегии нет школьной программы по литературе? Боюсь немножко соврать, в чертах обрисую всё: там у них есть несколько основных произведений, которые учитель должен донести до детей. В каком классе он это сделает – решает сам педагог. Помимо этого учитель сам выбирает детские книжки для чтения, что-то советует ребятам, что-то они сами приносят на литературу. В Норвегии писатели приходят в школу и общаются с детьми. Там полная свобода чтения. В книжках пишут про то, о чём у нас не все решаться говорить.

Фото: архив Анны Яковлевой

Участники клуба «Другие кники» 

— К вам, допустим, пришёл родитель, который как раз таки в качестве детской литературы только Корнея Ивановича воспринимает. Как дать понять человеку, что сейчас большой рынок. Можно покупать не только то, что он читал в детстве?

— Каждый день к нам такие люди приходят, да. Некоторые понимают, что не найдут тут Корнея Ивановича, и просто разворачиваются со словами: «Я не дам читать ребенку то, что сам в детстве не читал». Вот этой фразой они своему чаду просто обрубают половину мировой литературы. Я обычно советую таким родителям самим сначала почитать произведение. Часто происходит так, что они судорожно повторяют: «Нет-нет-нет», потом берут на пробу, приходят на следующий день и покупают книгу.

Был такой случай с постоянными покупателями у нас. Ребёнок берёт с полки книжку и говорит мне, что хочет купить её. Я ему отвечаю, мол, неделю назад твой папа у нас эту же книжку покупал. Оказалось, папа купил детскую книжку не сыну, а себе, потому что понравилась.

— Вы сами как предпочитаете книжку покупать: в интернете или в книжном магазине?

— Я иногда покупаю в интернете. В «Лабиринте» не всегда, но дешевле. Однако есть такие книжки, которые я не буду покупать по сети. «Дом листьев» Марка Данилевского я хочу взять в маленьком независимом магазине. Получить такую книгу от курьера совсем не то. Пусть даже и на 20—50 рублей дешевле выйдет.

— Покупать литературу в книжном магазине — это что-то сакральное?

— Да, так намного интереснее. В интернет-магазинах раньше было много «старья». Сейчас они все склады свои почистили: экономят на аренде. «Старых» книг нет. Только новое. Можно купить что-нибудь быстренько со скидкой и всё. В обычных магазинах такая литература есть. Из интернета, кстати, многие издательства сейчас уходят.

— Невыгодно?

— Да, их не устраивают условия. В интернете позиция такая: да, мы будем продавать много, намного больше, чем магазин «Перемен», но заработаете вы на каждой книжке два рубля. Интернет-магазины продают дешевле книги за счёт её себестоимости, но для издательств это губительно. Детям, конечно, живьем лучше книжки покупать. Самые лучшие родители действуют по принципу: ты идёшь налево, я иду направо, встретимся на кассе. «Плохого» ребёнок не возьмёт. Особенно, если это маленький магазин. В маленьких магазинах каждая книжка проходит через продавца. Её уже изначально кто-то почему-то выбрал и поставил на полку. Значит, она чем-то да хороша. Даже если ребенок книгу выбрал, но не прочитал – не надо его ругать за это. Ну и что? Прочитает потом. Мы же часто так делаем: покупаем и не читаем.

— Пришёл родитель с ребёнком 11-летним. Остановился у ребёнка взгляд на романе «Сердца четырех» Сорокина. Просто купить книжку?

— Купить. Пусть читает. Нет таких книг, которые «плохому» научат. Я, кстати, как раз в одиннадцать лет «Лолиту» прочитала. И что? Нормальной выросла. Ничего со мной не случилось.

— Разъяренные родители потом не приходят, когда вы советуете их детям почитать современную литературу?

— Приходят, да. Они говорят: «Мой ребенок не должен это читать». Окей.

— Почему у родителей такая реакция?

— Многие считают, что сказка должна заканчиваться хорошо. Раз в жизни всё плохо, пусть хоть в книжке будет хорошо. Когда я пытаюсь найти пример, говорю им, мол, покажите мне книжку, в которой всё хорошо. Начинается хорошо, продолжается хорошо и заканчивается хорошо. Они молчат. Молчат, потому что таких книг нет. Все книжки про проблему. Тогда в ход идёт запрещенный приём. Я отсылаю их к классической литературе. Нормально вообще, что ребенок идет на войну, а его там убивают? Или тимуровцы, которые носятся по улице без родителей?

— Даже Андерсена взять: там же вообще тлен. Но почему Андерсен — это хорошо, Тимуровцы — хорошо, Петя Ростов — хорошо, а остальное — плохо?

— Потому что это есть в школьной программе. За тебя уже всё решили. Мы иногда смеёмся, что в мир НТВ и «Пусть говорят» ребёнка может травмировать именно книжка.

— Скажите, культуру чтения как-то прививать надо?

— Если каждый день тебе будут говорить: чистите зубы. Ну, мерзко же? Не хочется. А так ты смотришь на людей, они чистят зубы, и я тоже пойду чистить зубы.

Фото: архив Анны Яковлевой
— Мне просто кажется, что родители не дают определённые книги ребенку, потому что у них, у родителей, нет этой культуры чтения. Они не понимают, что книга — это просто жизнь людей, у которых так…

Мне кажется, что это пережитки советского прошлого: «славные» лозунги о том, что книга должна учить. Нет. Ничего тебе книга не должна. Это просто носитель культуры. Иногда говорят: я не дам ребенку книгу, где есть эпизод с убийством. А что вы дома по телевизору смотрите? «Пусть говорят». Ну, по телевизору можно про убийства смотреть, а книгу про это нельзя. При этом такие родители наверняка какую-нибудь Маринину читают.

Ещё не бывает такого, что родители читают, а ребенок нет, если только ты ему с детства не говорил: «Смотри, я читаю книги, а тебе нельзя, расти дебилом».

Тут либо родители лукавят и читают одну книжку в год, и эта единственная книжка в год  явно не Франзен, а календарь садовода, либо они вообще ничего не читают. Те родители, которые живут с книгами, у них нет такой проблемы. У них другие проблемы, потому что их дети читают до утра, из-за чего опаздывают в школу, или не успевают подготовиться к урокам, потому что, опять же, весь день от книжки оторваться не могли.

— Есть период, когда у ребенка происходит спад в чтении?

— Тридцать лет. Чаще взрослые говорят: у меня нет времени. У детей оно есть. Это возраст, когда ребенок начинает выбирать. Если ты говоришь: «это дорого», «это рано» – он не будет читать из внутренних противоречий.

Вопрос про то, что книжки дорогие: отмазка. В библиотеке всё бесплатно. Юношеская библиотека часто обновляет свои полки новой литературой, областная недавно подключилась. Не все, но некоторые взрослые всё равно читают детские книжки. Спасибо «Гарри Поттеру».

— Последний вопрос: зачем читать книги?

— Для удовольствия и общения. Книжки — это тренировка жизни. Нет разницы, кто перед тобой: литературный герой или реальный человек, потому что сочувствуешь ты им одинаково. Лучше пусть ребёнок из книжки узнает про травмы психологические, чем в жизни. Ты же всегда в голове сюжет прорабатываешь и, когда ты попадешь в подобную ситуацию уже в реальной жизни, тебе будет проще.

У меня знакомая психолог. Она советует своим пациентам читать художественную литературу, потому что выдуманных людей обсуждать проще: пусть даже они и совершают такие же ошибки, как и ты.

Многие родители жалуются, говорят: «Мой ребёнок плакал над книжкой!». В такие моменты я говорю им, что они воспитали офигенного ребёнка, который умеет сочувствовать другим. И тут не паниковать надо, а радоваться.

Понравился материал?
Подпишись на рассылку «Роста»

Читайте также

Новая «Алиса»: для себя и для мамы

Голландский иллюстратор Флоор Ридер об особой технике рисунка в «Алисе» и интернациональности иллюстрации

Высокие темы низкого жанра

Ольга Лаврентьева о документальном комиксе, архивах ФСБ и детских забавах, которые получилось воплотить в графический роман

Мы — библиотекари

Молодые библиотекари о том, почему они выбрали такую профессию, как сейчас работают библиотеки и насколько верны существующие стереотипы

Алекс Хариди: «Запретных тем нет»

Шведский писатель о табуированных темах в детской литературе, экранизации произведений и подростковых проблемах

Кошмар, в котором мы живём

Писательница Алиса Ганиева о своей авторской позиции, специфике первой повести «Салам тебе, Далгат!» и о том, как литература заклинает будущее

Заверните книгу, пожалуйста

Сотрудники книжных магазинов Новосибирска рассказали, какую литературу предпочитают покупать молодые люди

Лучше бы и не читал

Молодые люди о том, какие авторы и художественные произведения стали предметом их собственного разочарования

#нетnotживи

Журналист Александр Морсин о закрытии своего книжного магазина, журналистике и перформансе с Сашей Грей

«Мы не можем знать, что нужно подростку»

Нина Дашевская о том, как авторам удаётся переносить мир ребёнка на бумагу

Воспитать родителей

Зачем Новосибирску нужен фестиваль «Другие книги»

«Национальные предрассудки не так важны»

Писательница Гузель Яхина о новом романе, успехе «Зулейхи» и «Тотальном диктанте»

Все в библиотеку: зачем и за чем

Молодые люди рассказали, как часто они ходят в библиотеки